Советская школа фото

советская школа фото

Что ели на обед в царскосельском лицее, пажеском корпусе и.

27 сен 2016. Настоящим же брендом советской эпохи стал брикетированный кисель на натуральном экстракте, яркие кирпичики которого можно было не только. Завтрак в обычной школе состоит, как правило, из одного горячего блюда, хлеба и чая, а обед включает три полноценных блюда и компот.
советская школа фото

Официальный сайт гбоу школа № 2098 имени героя.

Государственное бюджетное общеобразовательное учреждение города москвы "школа № 2098"многопрофильный образовательный центр"имени героя советского союза л. М. Доватора", главная страница.
советская школа фото

Гбоу школа №236.

Добрый день уважаемый дмитрий сергеевич! Очень интересует как скоро откроется в нашей школе кадетский класс? Считаю, что в наше время открытие "кадетского класса" просто необходимо для нынешнего подростающего поколения. Поскольку патриотическое становление подростков является.
советская школа фото

Чемпионка алена савченко: в моей победе есть заслуга и.

15 фев 2018. А все-таки: сыграла ли свою роль старая советская школа? Наверное. Я благодарна всем. А вы верили в победу? Вы знаете, я встала сегодня утром и написала своей подруге: сегодня мы напишем историю. Алена шла к своей победе долгих тридцать лет фото: владимир веленгурин.
советская школа фото

Современная школа проигрывает советской в воспитании.

31 мар 2017. Об этом было объявлено на всероссийской конференции "стратегии преподавания истории в общеобразовательной школе". Происходит это на фоне заявлений в средствах массовой информации о том, что преподавание истории великой отечественной войны в российских школах,

советская школа фото

советская школа фото

советская школа фото

По запросу «советская школа фото» нашлось 34136 фото

Советская Школа Фото

«школа» — один из самых любимых советских символов.

советская школа фото
Не случайно было так популярно выражение «школа жизни». К чему только оно ни прилагалось — от армии до целины, от бама до тюрьмы… если весь советский опыт представить в виде многотомного романа, то это будет «роман воспитания»: из нас пытались вылепить нового, идеального, никогда не существовавшего в истории человека. Юлия чернявская, культуролог и литератор как завещал великий ленин…. Сначала считалось, что выковать такое совершенство старорежимным родителям не под силу. Ребенок должен воспитываться не в семье, обремененной невежеством или, чего доброго, буржуазными предрассудками, а в советском коллективе, управляемом прогрессивными педагогами. В 20-е партийная деятельница лилина призывала: «мы должны изъять детей из-под грубого влияния семьи. Мы должны их взять на учет, скажем прямо — национализировать. С первых же дней их жизни они будут находиться под благотворным влиянием коммунистических детских садов и школ. Заставить мать отдать нам, советскому государству, ребенка — вот практическая наша задача». Дети бернини архитектура фото 1920-х годов. Фото: savok.
Name государство попыталось взять на себя непосильную задачу — и очень скоро поняло, что она непосильна. В итоге детей предоставили матерям — пусть недостаточно идеологически правильным, зато своим. Однако представление, что учебный коллектив воспитает детей лучше, чем родитель, витало в воздухе еще долгие годы. Тем более родитель с утра до ночи был вынужден трудиться на благо народного хозяйства. А в яслях и садиках были эрзац-мамы (воспитательницы), эрзац-бабушки (нянечки) и общий, пусть уже умерший, но благожелательный дедушка в кепке, чей портрет щурился со стены. Вспоминает кира полевая: — мне вытаскивали из пальца занозу, я плачу, а мама меня стыдит-уговаривает: «а если бы был жив дедушка ленин…». Праздник в детском саду. 1970-е годы. Фото: visualhistory. Livejournal.
Com впрочем, через ясли и садики прошли не все, зато советская школа — это был «праздник, который всегда с тобой» (как говорил хэмингуэй, впрочем, без иронии и совсем по другому поводу). В каком-то смысле весь ссср был большой школой для детей и взрослых, воспитывающей нас всю жизнь. Сразу же после революции появился знаменитый ленинский декрет «о ликвидации безграмотности среди населения рсфср», гласивший: «уклоняющиеся от установленных настоящим декретом повинностей… привлекаются к уголовной ответственности». Занятия по ликвидации безграмотности. Фото: masterok. Livejournal. Com власть посадила за парту взрослых людей и, как суровый отец, следила за тем, чтобы они приобретали нужные знания. Что уж говорить о «детях детей»? «учиться, учиться и учиться, как завещал великий ленин» — мы помнили эту фразу назубок.

Тем не менее, «ликвидировав» безграмотность, попутно ликвидировали и грамотность: культура начала снижаться до массового социалистического потребителя.

советская школа фото
Не случайно картинки пушкина а.с «ять» был вычеркнут из алфавита: это была одна из лакмусовых бумажек образованности. Сколько их потом было вышвырнуто за ненадобностью! Больше всего не повезло языкам — древним и современным. Зато все научились писать слово «ленин». Помните, в «сорок первом» лавренева девушка марютка пишет стихи: Ленин герой наш пролетарский, поставим статуй твой на площаде. Ты низвергнул дворец тот царский и стал ногою на труде. Кстати, поэт михаил дудин утверждал, что первое слово, прочитанное советским ребенком, было «ленин». Это преувеличение: первое слово было все же «мама», которая из года в год мыла все ту же раму. Но ленина требовалось любить не меньше, и я не поняла удивления моей собственной мамы, когда в первом классе спросила ее: а кого ты больше любишь — меня или ленина? Мне-то, семилетней, вопрос представлялся вполне резонным. Вспоминает надежда белохвостик: — я была совершенно советским ребенком.
Однажды лет в семь устыдила старшую сестру за проступок, который показался мне недопустимым, фразой: «а маленький ленин так никогда бы не сделал! ». Впрочем, с годами почитание главного идола советской эпохи постепенно таяло — и вне школы, и даже внутри. Вспоминает дмитрий растаев. — в школьном коридоре, как и во всех школах, у нас стоял бюст ленина на постаменте, так вот, однажды, прогуливая урок, я снял его и спрятал за постамент. Причем не просто спрятал, а с наклончиком — так, чтобы он выглядывал из-за него с хитрым прищуром. Школа тогда обхохоталась. Но учителя со мной сделать ничего не могли: я не пил, не курил, не дрался, не матерился и — самое главное — хорошо при этом учился! Фото: 20th. Su как менялась советская школа. В двадцатые годы в стране советов учиться было интересно. Людей окрыляла надежда, и еще какая: «мы наш, мы новый мир построим».
Именно поэтому революцию поначалу приняли многие творческие люди — от великих поэтов до бунтарей-новаторов, от художников до знаменитых педагогов. В те годы с треском рушатся сословные, возрастные и прочие перегородки: обучением управляет «школьный коллектив», куда входят не только учителя, но и ученики. Никакой классики — экзаменов, заданий на дом, полное отсутствие дидактики и учебных планов. Свобода в выборе тем уроков. Игровая форма обучения. Диспуты и дебаты, театрализованные представления. Помните суд над евгением онегиным в «двух капитанах»? «для главной роли был приглашен сам гришка фабер, который вот уже год, как учился в театральном училище, но по старой памяти иногда еще заходил взглянуть на наши премьеры. В парике, в синем фраке, в туфлях с бантами, в чулках до колен преступник сидел на скамье подсудимых и небрежно чистил ногти сломанным карандашом. Иногда он надменно и в то же время как-то туманно посматривал на публику, на членов суда…. — признаете ли вы себя виновным?

— спросил я гришку. — в чем? — в убийстве под видом дуэли, — прошептали режиссеры.

советская школа фото
— в убийстве под видом дуэли, — сказал я и добавил, заглянув в обвинительное заключение: — поэта владимира ленского, восемнадцати лет. — никогда! — надменно отвечал гришка. — надо различать, что дуэль — не убийство. — в таком случае приступим к допросу свидетелей, — объявил я. — гражданка ларина, что вы можете показать по этому делу? ". Зато можно не сомневаться, что «евгения онегина» после такого суда прочитают все. Иллюстрация и картинки женщины стервы. Е.
Репина к «евгению онегину». Это смешно, но и серьезно: литературных героев и писателей тоже пытались встроить в новую жизнь — с разным, впрочем, успехом. И начиналось это с детства. Так будет и дальше — на протяжении всей истории ссср. Вот что писал корней чуковский в книге «от двух до пяти», цитируя дневник писательницы ф. Вигдоровой: «она решала со своей дочерью галей кроссворд, и им встретилась такая строка: «известный советский поэт». Галя сказала: — некрасов. — какой же он советский! — возразила писательница. — а разве он не советский? Ведь он же хороший".
Галя была уже школьницей: и «советский» для нее было синонимом слова «хороший». Впрочем, школьное образование в 1920-х ориентировалось далеко не только на советские педагогические теории, а и на зарубежный опыт — например, на идеи американского философа-прагматиста дж. Дьюи: с 1918 по 1925 годы в советской россии было осуществлено целых четырнадцать изданий его работ. Школа неустанно экспериментировала. Да и весь ссср тогда был такой школой. Но веселой вольнице скоро был положен конец. Лесная школа в сокольниках. Фото: www. Mosjour. Ru в 30-е годы сталинский ссср стал копировать свергнутую им царскую империю. Недавние эксперименты клеймились как троцкистские, либерального наркома просвещения луначарского сменил главный «политрук» андрей бубнов.

Обучение постепенно возвращалось к прежнему, казалось бы, беспощадно изгнанному образцу царского образования.

советская школа фото
По видимости, да и по задачам советская школа стала упрощенным гибридом гимназии и ремесленного училища, соответствующим нуждам империи. Плюс идеология, минус религия и, конечно же, языки — «древние» и «новые». Зачем строителю нового замшелая древность? Зачем ему знание языков: ведь совсем скоро грянет мировая революция — и все заговорят по-русски? А пока достаточно знания простейших слов и нескольких конструкций. Да будь я хоть негром преклонных годов, и то б, без унынья и лени, я русский бы выучил только за то, что им разговаривал ленин! Маяковский. Превыше всего в школе 30-х годов ценятся дисциплина, послушание, заучивание. Между школами ведется социалистическое соревнование: в какой лучше успеваемость — та и лучше. Оценки бессовестно натягивают, знания школьников мельчают.
Так внутри школы накапливаются противоречия, хотя до поры до времени их еще не видно. Но начинается война, и тайное становится явным: оказалось, далеко не все умеют элементарно ориентироваться на местности, плохо разбираются в картах и в компасе, а кое-кто и считать не умеет толком. Это первый сигнал. Скоро последует и второй. К концу войны возникает понимание: разрушенную страну должен кто-то восстанавливать, и эти «кто-то», конечно, молодежь, потому что процесс займет годы и годы. А кому это под силу? Ведь многие дети во время войны учатся в школах лишь номинально: они работают на заводах, стоят в очередях, отоваривают карточки, т. Е. Берут на себя те функции, которые прежде делились между взрослыми членами семьи. Оккупация, эвакуация, бомбежки, блокада — о каком последовательном образовании может идти речь?
А страна, лежащая в руинах, все острее нуждается в специалистах — инженерах, архитекторах, врачах, ученых да и просто квалифицированных рабочих. И потому сразу после войны делается рывок, который никак не отразился на внешней стороне школы, но многое изменил изнутри. Нарком просвещения потемкин отменяет социалистическое соревнование, а значит, приписки, завышенные оценки и т. Д. Начинается кампания против «формализма» — в частности, против зазубривания. Можно представить себе, сколько педагогов в те годы пострадало от ярлыка «формализм» (известно, как действовали любые кампании в те времена), но часть пытается меньше «давить» на заучивание, а больше — на глубину. Вряд ли это нравилось «вождю народов»: у него просто не было выхода. Дальше — больше. С началом «гонки вооружений» стране понадобились математики, физики, химики, биологи. Выдающиеся ученые — н. Семенов, п. Капица, а.

Сахаров, м. Лаврентьев, а. Колмогоров и многие другие приступили к созданию образовательных учреждений, в которых должна была выращиваться интеллектуальная элита страны.

советская школа фото
Было ясно: начинать это следовало со школы. Потихоньку открываются специализированные школы, сперва «языковые» (надо же уметь прочитать добытые разработки «врагов»), затем физико-математические. Мало-помалу образование становилось более глубоким — хотя бы в точных науках. Некоторые спецшколы были просто кузницами гениев и оплотом свободомыслия: например, известная во всем мире московская физико-математическая школа. Постепенно такие школы появлялись по всему ссср. Именно 1960-е — время пристального внимания к детству и взрослению: появляются замечательная литература и фильмы для подростков. В затхлые 1970-е они будут одной из немногих отдушин, но полностью исчезнут в свободолюбивые 1990-е годы. Почему-то все хорошее, что было в советском союзе, в горниле перестройки погибало первым: но, возможно, такова судьба всего хорошего? Ведь оно потому и хорошее, что не умеет удержаться посредством зубов и когтей…. Впрочем, и в шестидесятые все было вовсе не так лучезарно.
Одновременно набирал силу и совершенно противоположный процесс: в 1958 году верховный совет ссср принял закон «об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в ссср». Дело в том, что хрущев, считавший себя прагматиком, в глубине души был романтиком: чего стоит хотя бы эпопея с кукурузой? Или святая уверенность в том, что в 1980 году люди будут жить при коммунизме… в истории школьной жизни гремучая смесь прагматизма и романтизма сыграла свою роль. Советский лидер решил максимально сблизить школу и производство: между средним и высшим образованием была возведена стена — два года производственного стажа. Вероятно, человек будущего представлялся хрущеву универсальным гибридом землероба и космонавта: землю попашет, попишет стихи, как завещал некогда все тот же маяковский…. Сказано — сделано. Теперь школьники учились гораздо меньше: школы привязали к предприятиям, а те, в свою очередь, использовали бесплатный труд на всю катушку. Дети трудились на самых неквалифицированных работах: погрузка, уборка, упаковка. Хуже всего пришлось деревенским: их нагружали совсем уж бесконтрольно. Разумеется, на картинках из советских журналов это выглядело гораздо более привлекательно.
Фото: www. Liveinternet. Ru поскольку освоить программу, отдавая треть учебного времени народному хозяйству, подростки были не в состоянии, был увеличен срок обучения: десятилетка превратилась в одиннадцатилетку, но и это мало чему помогло. Хрущевская школьная реформа достигла лишь одного результата: у школьников пропала мотивация учиться. Два года в юном возрасте — это очень много. Стоит ли обременять себя знаниями, если поступление в институт реально лишь для 10% выпускников? Реформу свернули, но ощутимый вред она уже успела нанести. К семидесятым годам, когда ссср очередной раз вернулся к идее империи, школа вновь обрела образ торжественной, хоть и смешноватой гимназической пышности, причудливо сочетающейся с нуждами идеологического воспитания. Вспоминает виктор мирончик: — у меня в школе 76, в которой я учился до 6-го класса, в холле был смешной музей революции.

Саму революцию школа не застала (была построена в 1961 г.

советская школа фото
, о чем свидетельствовали цифры у входа, по которым мы ходили). Но музей был. В нем была полуметровая аврора, выпиленная старшеклассниками. Но больше всего поражала небольшая модель разлива, со скирдочкой сена и ленинским шалашиком, в который, по идее, полагалось вставлять фигурки ильича и зиновьева, но их не было. Впрочем, о присутствии зиновьева в разливе советские школьники и не догадывались: о том, что он был вместе с лениным, они узнали лишь во время перестройки. Словом, после всех коловращений советская школа так и осталась на распутье: она застряла в промежутке между претензией на энциклопедические знания — и поездками выходного дня «на картошку»; между элитарным и массовым образованием; между учителями-новаторами (в. Сухомлинский, в. Шаталов, ш. Амонашвили и др. ) и учителями-диктаторами; между просвещением и дисциплиной; между семьей и казармой.
Именно такой застало ее мое поколение. Такой она и оставалась вплоть до развала страны. В популярной песенке пели «школьные годы чудесные». Нередко нам казалось, что это про чьи-то другие школьные годы…. Между семьей и казармой. Вспоминает виктор мирончик: — у нас был директор, пришедший в математическую школу то ли из колонии, то ли из школы для трудновоспитуемых, так что директор был соответствующий предыдущим занятиям. Но его боялись даже хулиганы. Мог и по морде дать. У нас таким был завуч.
Впрочем, если тебе повезло со школой (например, если она была «специальной» или просто традиционно хорошей, старой школой с репутацией), казармы и показухи в ней было поменьше. Но была она обязательно. А куда денешься? Там же вспоминает наталья свиридо: — помню ежегодные военно-спортивные игры «зарница», муштру в спортзале — бесконечные марширования с речовками, под песни «у солдата выходной…» и др. Потом в классе разбирание и собирание винтовки на время, перевязки раненых, теоретические опросы по гражданской обороне. А еще помню бесконечные сочинения на патриотические темы и политинформации после шести уроков, когда жутко хотелось есть. Помню регулярные принуждения ходить на демонстрацию 7 ноября и 1 мая. В любую погоду пройти перед трибунами дети колонны должны были без теплой одежды, изображая либо счастливых спортсменов, либо самоотверженных пионеров. Помню практики летние, когда надо было рано утром вставать и идти работать — полоть километровые гряды с овощами и цветами (это, стало быть, трудовое воспитание). Практика длилась месяц. Советские дети в праздничной форме.

Фото: humus. Livejournal. Com как всегда и всюду, школа зависела от людей, которые встречались ребенку.

советская школа фото
Если тебе везло с первой учительницей — считай, полдела уже сделано. И хотя потом приходили другие — и не обязательно хорошие — учителя, в копилку добрых воспоминаний вкладывались и школьные. Вот воспоминание от ирины шатыренок: — начальная школа, ощущения какой-то домашности, тепла, любви, учительница на уроках строгая, после — зовет к себе чай пить, угощает конфетами. В 3-м классе по средам с утра она уходила с кошелкой на рынок за продуктами, оставляла меня с классом, я сидела за ее столом, проверяла тетрадки или что-то читала вслух, в классе было относительно тихо. Запомнилось, как она рассказывала о военной эвакуации в ашхабад, как ученики писали на разлинеенных газетах, нам упрек — у нас тетрадки в линейку и клеточку, а мы мнем чудесные тетрадки, ставим кляксы, не пользуемся промокашками, не ценим труд рабочих бумажной промышленности! Домашность исчезла в старших классах, мы долго еще бегали к нине демьяновне, ябедничали ей на чужих учителей, возились с младшими учениками. Бывал и менее удачный опыт: вот что вспоминает ольга супоницкая-сытько: — помню, что «первая учительница моя» легко лупила линейкой того, кто был невнимателен на уроке. Попадало по рукам и по головам. А еще она дергала меня очень больно за косы. Хотя я была заучка и примерная девочка.
Плакат нины ватолиной «добро пожаловать» (1956 год). Фото: propagandahistory. Ru и добро, и зло шло из одного источника: дети считались общественным достоянием и, соответственно, наказывать их или ласкать было личным выбором каждого учителя — чего церемониться, все свои. Жаловаться на учителя ни детям, ни родителям и не приходило в голову: учитель был сила, власть — добрая или злая, уж как повезет. Мне повезло. До сих пор помню имя моей первой учительницы в минской школе № 2 — любовь николаевна скурко. Она распоряжалась классом, как добрая царица из сказки — своим царством. Тогда в учителях еще светилась гордость за свою профессию… не во всех, конечно, но во многих. Так что в школе, как и в жизни, все очень зависело от людей. Однако были вещи, которые не могли преодолеть даже очень хорошие учителя.
Их можно объединить одним многозначным словом — «режим». Режим обучения. В чем заключался режим, общий для всех советских школ? Учебные планы и учебники, единые для всей страны, утверждались цк кпсс. Уже с 1930-х годов возродилась забытая в предыдущие годы субординация. От существовавшего в 1920-е годы школьного самоуправления осталась видимость — председатель пионерской дружины, председатели совета отряда, звеньевые… и так вплоть до «октябрят — дружных ребят», у которых тоже были свои ячейки — «звездочки». В «звездочке» были начальники — командиры, им подчинялись цветовод, санитар, библиотекарь и физкультурник. Каждый был при должности. И в начальных классах дети это ценили: ведь ребенок не только новатор, но и консерватор. Он ценит устойчивый, правильный круговорот вещей, словом, режим. Советский ребенок ценил режим в обоих смыслах этого слова. Когда он этот режим разлюбливал, он переставал быть ребенком.

Разочаровавшись в идолах, человек неизбежно взрослел.

советская школа фото
Вспоминает кристина витушка: — я была выдатніца-алімпіядніца, адпаведна аўтаматам — камандзірам «зорачкі», класа, звяна, атрада, а потым і дружыны. Нас так накачвалі ідэалогіяй, што мы былі апантаныя: у цемры з ліхтарыкамі ў мароз ішлі да аднакласніка, які прапусціў пазакласныя чытанні пра лёс гайдара, каб спытаць у яго бацькоў пра прычыну. Фото: retropost. Ru однако идеология была лишь красочной одеждой, напяленной на причудливый гибрид гимназии, реального училища и армейского взвода. И самым явным компонентом в 1970-е годы все же был гимназический, пусть и изрядно облегченный. Да, иностранный язык мы учили только с пятого класса, налегая по преимуществу на грамматику; да, закон божий заменили атрибуты новой религии — политинформации, ленинские уроки и ленинские зачеты. Зато в избытке было другое — то же, что было недугом российской империи: аксиомы, зубрежка и заклинания, хоть и в духе новых реалий. «мама мыла раму. Мы не рабы. Ленин живее всех живых. У дороги чибис.
Партия — наш рулевой». Теоремы имели право на существование только в геометрии. Тетрадь белорусской школьницы. Фото предоставлены людмилой горда. Вспоминает наталья фурсова: — а кто-нибудь помнит, как мы давали себе обещание в начале года, «ленинский план» или как это называлось? Писали в тетрадку, сколько книжек прочтем, сколько макулатуры сдадим, в каких делах будем участвовать, помощь ветеранам, посещение кинолектория, трудовой десант, сколько бессмертных произведений в. И. Ленина и карла маркса законспектируем. А потом в конце года отчитывались на комсомольском собрании класса по этим тетрадкам: сделал — не сделал, выполнил — перевыполнил….
Школьная форма как атрибут «советской гимназии». Самый явный атрибут гимназии в советской школе — форма. Особенно это касалось девчачьих платьиц и передников, кружевных воротничков и манжет, которые полагалось стирать, крахмалить, гладить и пришивать. Гимназическая форма в дореволюционной россии. Фото: kidshopsmile. Com советская школьная форма в 1948 году. Фото: back-in-ussr. Com в разных республиках союза этот атрибут слегка разнился. В литве, например, были плиссированные платьица и воздушные нейлоновые передники. Вспоминает эмилия пранскуте: — школьная форма в литовских школах была такая. У девочек была обязательна плиссированная юбка в школьном платье, чтобы платье постирать, всю плиссировку было необходимо застрочить, иначе разойдется. У нас запрещали надевать кофты, когда холодно.

И на школьные дискотеки вход только в форме, завуч стояла у входа и заглядывала под пальто, блюла дресс-код.

советская школа фото
В литовских школах не было белых фартуков у девочек, поэтому в праздники девочек из русских школ было заметно за версту… мы называли их поварихами. Совершенно бессмысленный школьный передник — один из символов косности школьной жизни. Изначально функция фартука состояла в том, чтобы предохранить платье от чернил. Ведь в первых классах мы, рожденные в 1960-е, как наши отцы и деды, писали пером-«вставочкой», макая его в чернильницу-непроливашку (в перемены уборщицы доливали туда фиолетовых чернил из чайников). А ведь к тому времени уже существовали авторучки. Потом несколько лет писали авторучками, хотя взрослые давно сменили их на шариковые. Сперва считалось, что почерк портят авторучки, потом — что шариковые ручки. Ссср был страной каллиграфии, как и древний китай… никто даже не догадывался, что наступит время, и наш почерк станет никому не нужен. Пока мы писали вставочками, передник и впрямь мог пригодиться.
Но угроза исчезла — а передники остались: «форма есть форма». Роль «формы» — роль послушания, верности «формату», данному свыше… формату гимназическому и самую малость армейскому. Не случайно первым, что исчезло из школы в перестройку, была школьная форма. Вспоминает кристина витушка: — мы на ўроку малявання напісалі кучу плакатаў «не школьнай форме! » і абвешалі ўсю школу. Ініцыявалі разгляд пытання на сходзе самакіравання — большасць галасоў прыняла нашую пазіцыю. Заадно адмянілі дзённікі для вучняў 4−10 класаў… кантроль бягучых адзнак бацькамі ў дзённіку мы прызналі прыніжэннем нашай годнасці. Повседневная школьная форма. Фото: back-in-ussr. Com впрочем, форма — лишь частный случай. Школа была «порталом» в советскую жизнь не только по внешним признакам, но и по внутреннему содержанию. О том, как нас учили быть советскими — и что в нашей школе было от реального училища; о «проценте успеваемости» и как он подтачивал советское образование, а также о том, за что мы любили и не любили советскую школу — читайте в следующем выпуске «советская атлантида: живые голоса».
« советская атлантида: живые голоса» — проект, посвященный стране, которой больше нет на карте, советскому союзу, каким он был не в строках указов и не в первомайских демонстрациях, не в расстрельных списках и не в лозунгах — а в реальной жизни реальных людей. Вспомним ее — чтобы понять себя. В создании проекта могут принять участие все желающие: мы ждем ваши воспоминания, размышления — ваши живые голоса. «советская атлантида». Все выпуски >>>.
советская школа фото советская школа фото советская школа фото